Впервые этот вопрос начал разрабатываться одним из крупнейших специалистов по монументальному буддийскому искусству, Янь Вэнь-жу, предложившим свою периодизацию культовых изображений [Каогусюэ, 1958, с. 176]. Осуществленное на этой основе детальное исследование Ян Хуна продемонстрировало, что известные в настоящее время буддийские статуэтки конца IV — первой половины V в. обнаруживают некоторые специфические особенности иконографического стиля Гандхары. При этом изображения, изготовленные на севере, северо-западе и юге тогдашнего Китая, имеют значительное сходство — Будда представлен на них со сложенными на коленях руками, в широких одеждах, закрывающих оба его плеча. Так же одет и стоящий Будда на статуэтке, датированной 443 г. (она была отлита незадолго до введения Тоба Тао запрета на буддизм). В отличие от этого во второй половине V в., когда в Юньгане и Лунмэне активно развернулись работы по сооружению пещерных храмов, на Севере формируются две самостоятельные изобразительные традиции, различавшиеся трактовкой костюма. Одна из них непосредственно продолжала линию гандхарской школы; другая, представленная, в частности, колоссальной статуей из грота № 20 в Юньгане, изображала Будду с обнаженным правым плечом, в обычном для тогдашней Индии костюме верующего буддиста [Ян Хун, 1963, с. 332— 334]. Не исключено, что это было связано с появлением в V в. буддийских проповедников, прибывших в Китай непосредственно из Индии [Чжоу Гу-чэн, 1955, с. 432]. Наконец, в последних десятилетиях V в. этот типично индийский костюм уступает место принципиально иной одежде — свободного покроя с широкими рукавами (их до тех пор на буддийских изображениях не было вовсе); под верхней одеждой, как правило, видна нательная рубашка, перехваченная поясом со свешивающимися концами. Эти изменения, несомненно, связаны с политическими событиями периода правления Тоба Хуна — реформой одежды, за образец которой был взят традиционный древнекитайский костюм [Ян Хун, 1963, с. 335, 336]. Они отражают реальную трансформацию одежды древнекитайских буддистов — от традиционной индийской несшитой одежды к халату с широкими рукавами. Этот костюм, в свою очередь, оказал влияние на повседневную одежду древних китайцев V—VI вв.: по-видимому, именно такая одежда изображена на панно «Мудрецы из бамбуковой рощи» (рис. 40).
Так в сложном взаимодействии традиционного и пришлого в III—VI вв. формировался новый комплекс норм приличия в одежде, одновременно с которым происходила трансформация представлений древних китайцев о том, кто они такие и чем отличаются от других народов Поднебесной.
