А как живут фермеры? Я побывал на единственной в своем роде государственной экспериментальной ферме Бадайя. Эта ферма помогает крестьянам окрестных деревень семенами, консультациями агронома и т. д. Но она не может покончить с главной проблемой деревни — полуфеодальными производственными отношениями. Подавляющее большинство крестьян — арендаторы. Они арендуют землю у помещика и поэтому экономически зависят от него, а также от деревенского старосты (старосты назначаются шейхами из числа своих родственников. Их обязанности сводятся главным образом к сборам налогов). Помещику принадлежат лучшие земли, лучшие источники воды, лучшие орудия производства. Крестьянин получает не больше одной пятой части урожая.
На архипелаге дискутируется вопрос: нужна ли стране механизация сельского хозяйства? Эту проблему обсуждают на деревенских сходках и на страницах печати. Я беседовал с руководителем овощеводческой секции экспериментальной фермы. По его мнению, механизация, безусловно, могла бы поднять уровень сельскохозяйственного производства. Но он сомневается, что крестьяне Бахрейна могут осилить в финансовом отношении хотя бы один трактор, «даже если они сложатся вместе». Он добавил, что на Бахрейне все сельскохозяйственные работы — вспашка, сев, уборка урожая — ведутся вручную. Исключение составляет экспериментальная ферма. Но правительство субсидирует ее столь ничтожными средствами, что она с трудом сводит концы с концами. По его мнению, объясняется это тем, что кое-кто из влиятельных лиц отрицательно относится к развитию сельского хозяйства на архипелаге, отдавая предпочтение промышленным предприятиям. «Эти люди считают, что мы должны ввозить овощи и фрукты из-за границы, а не закупать там удобрения, тракторы, сеялки, молотилки, — заметил мой собеседник. — Но ведь эта точка зрения неверная. Так мы будем обкрадывать сами себя. С помощью механизмов можно завоевать и самую дикую пустыню. Л голыми руками пески не победишь».
Мы шли вдоль тенистой плантации финиковых пальм. Это дерево выращивают на архипелаге с незапамятных времен. В отличие от неприхотливой кокосовой пальмы финиковая пальма капризна и требует особого ухода. Она начинает плодоносить с семилетнего возраста. Зрелости пальма достигает к 15—16 годам, принося тогда ежегодно до 250 килограммов плодов.
Вся земля под кронами пальм тщательно разделана под огороды и сады, образуя своеобразный трехъярусный зеленый массив. На грядках растут помидоры, капуста, салат, лук, сладкий картофель. Между грядками стоят деревца абрикосов, груш, слив, манго, зреет виноград. А над всем этим возвышаются могучие финиковые пальмы. Финики — единственная продукция сельского хозяйства, которую Бахрейн экспортирует, так как их производство превышает внутренний спрос. На Бахрейне финики идут в пищу в свежем и вяленом виде. Из перистых листьев пальмы плетут прочные красивые циновки. Из волокон коры вьют веревки, плетут рыболовные сети. Ствол идет на строительство жилищ, лодок, изготовление мебели. Сок (а его пальма даст до 500 литров в год) доводят в специальных сосудах до брожения и получают хмельной напиток, похожий на вино. Наконец, подпорченные плоды вместе с косточками перемалывают и скармливают скоту. Бахрейнцы пытаются продвинуть пальму как можно дальше на юг. Там, где сможет расти финиковая пальма, можно будет выращивать и другие сельскохозяйственные культуры
Возвращаясь вечером с фермы в гостиницу, я заметил на парапете набережной выведенную кем-то от руки мелом надпись: «Бывшие английские военные базы под финиковые плантации!» Подумалось, что этот созвучный нашему времени призыв разделяют тысячи и тысячи рядовых бахрейнцев.