«Традиционные границы частного права,— пишет автор одного исследования о государственном секторе,— не могут полностью соответствовать этим организациям», «их двойственная сущность, находится в постоянном противоречии»19. Дж. Талас считает, что в «смешанной экономике» соотношение долей социалистического или капиталистического секторов имеет жизненно важную значимость, «смешанная экономика ориентируется на социалистическую или капиталистическую системы». По его мнению, для успеха системы «смешанной экономики» как особого пути развития необходимо предотвращение использования государственного сектора частным, предотвращение не только преобладания частного сектора в системе, но даже его равного положения, необходимо «превращение государственного сектора в преобладающий сектор экономики». «В ином случае невозможно будет охватить планированием значительные сферы экономики».
Б. Умар пишет, что режим «смешанной экономики» «вдохновлен определенными положениями капиталистического и коммунистического режимов», в зависимости от степени их влияния «изменяется и цвет режима смешанной экономики». Что касается этатизма, то он может ассоциироваться с социализмом, но это не тождества. «Применение этатизма,—считает Б. Умар,—не является привилегией лишь тех руководящих кругов, которые придерживаются социалистической идеологии». В будущем этатизм может привести и к либерально-капиталистическому, и к социалистическому строю. Поскольку автор заявляет о том, что либерально-капиталистический режим был отвергнут еще в 30-х годах, можно считать, что, по его мнению, этатизм, государственное предпринимательство, трансформируется в социалистический сектор.
«В странах смешанной экономики в принципе признается право частной собственности индивида на средства производства, однако эти возможности очень ограничены требованиями принципа общественной полезности. Государственные же и другие общественные юридические лица не остаются безучастными, как это происходит в странах либерального капитализма — они широко используют возможности по учреждению права собственности на средства производства». То же самое происходит, считает автор, и со свободой предпринимательства. Такая свобода в странах «смешанной экономики», а также в странах «либерального капитализма» признается как свобода выбора сферы деятельности, свобода прибыли, как возможность действовать в сфере частного предпринимательства в качестве работодателя; однако эта возможность при системе смешанной экономики совершенно ничтожна в тех отраслях, где государство и общественные юридические лица установили свою монополию, даже в других сферах она «крайне ограничена учетом общественных интересов». Иллюзии такого рода, сектора крупным капиталом, скрывают тенденции движения системе ГМК.