В 1903 г. имение Стивенсона Вайлима было куплено русским купцом Акимом Седых, невесть какими ветрами занесенным на Самоа из Владивостока. Я долго разыскивал следы купца. Сведения были самые разноречивые. Одни самоанцы говорили, что он жив-здоров, но адреса его местожительства дать не могли; другие утверждали, что он давно умер, оставив наследника, по имени Литва. Наконец судьба свела меня с начальником порта шестидесятнеемилетним морским волком Плоумэном. Уроженец Австралии, он долго скитался по свету и в 1947 г. поселился на Западном Самоа. Плоу-мэн лично знал Акима Седых.
— Во время второй мировой войны,— рассказывал мне Плоумэн, — я служил на минном тральщике. Мне приходилось тогда работать вместе с советскими моряками. Это были настоящие люди! Один к одному, герои. А вот Аким был, на мой взгляд, самым несчастным человеком на Самоа. Ему всегда не везло. То лошадь у него околеет, то куры куда-то исчезнут. Сколько раз приходилось его выручать из беды. Он жил в долгах и умер голым.
— А что его загнало в такую даль?
Говорил мне Аким, что его отец служил на «торгаше». Перед смертью передал он ему какую-то карту Полинезии, на которой были помечены острова с кладами. Один клад, якобы, был зарыт под фундаментом Вайлимы. Вот Аким и отправился искать этот клад.
Нашел? — спросил я и подумал: «Новый вариант «Двенадцати стульев!»
— Где там! — усмехнулся Плоумэн.
От Плоумэна я узнал, что Аким умер лет десять назад, глубоким стариком, а его сын Литва — всего лишь за несколько месяцев до моего приезда…