Крупные владельцы, не являвшиеся родственниками монарха, в это время получали целые «казенные» вануа далеко от родных мест, а порой и от мест службы. Земельный фонд казны еще более уменьшался. Владелец получал все доходы целиком, то есть вануа закабалялась им полностью, он не делился с монархом, и тот уже не имел основы для вмешательства в отношения «крупный владелец — крестьяне». Владелец получил и полицейские функции. Военная служба стала теперь источником земельных наград не преимущественно в адрес деревенских чинов (как в XI—XII вв.) или панджи (как. в XIII— XIV вв.), а в основном, по-видимому, в адрес иной социальной группы, крупных владельцев. Они порой имели своих вассалов. Архив одного крупного военачальника описывает, как он получил в дар «казенную» общину-десу без сохранения каких-либо прав государства или предшествовавших владельцев; публичноправовые нормы совершенно не применялись к этому владению, все отношения внутри него были частным делом владельца и деревни. Частное (и в определенной степени обычное) право победило, перед нами полное частное владение — навечно; все права крупной общины — десы объявляются правами владельца; все, что она имела по публичному и обычному праву, у нее отнималось, причем не списком, а всеобъемлющей формулой, охватывающей все возможные права и доходы: «И пусть он будет ото всего освобожден и па все имеет право». С римской простотой было сформулировано право фактически римской по характеру собственности. Земли он получил и обработанные и необработанные, со всеми доходами, его имение «имело все права и ото всего освобождалось».
Яванский феодализм этого времени схож с европейским; появились и настоящие мелкие вассалы. Вассал получал от сюзерена (не монарха) из земель сюзерена поле по всем юридическим правилам, порой — с ведома, но без обязательной санкции монарха. Он владел им наследственно при условии выполнения «вечных» обязательств, такое выполнение контролировалось потомками сюзерена.
Одновременно шел быстрый и окончательный упадок крупного духовного землевладения, исторически на Яве традиционно поддерживавшего центральную власть. Среди тех групп, на которые еще распространялась верховная собственность на землю и политическая власть монархов, на первое место выходят отдельные «духовные» феодалы как физические и юридические лица, а не как храмы или дхармы. Духовное землевладение (мелкое и среднее) теперь стало полусветским и было связано с религиозной службой государству (как и у мелких и средних светских служилых феодалов). Главная фигура — конкретный священнослужитель с небольшим или среднего размера «своим» владением., данным или санкционированным монархом. От центральной власти еще зависело и землевладение чиновников, родственников и приближенных монархов.
Крестьянские свободы все более урезаются. В отношении вануа уже могут написать, что она «отдана как земельный дар». Степень зависимости крестьян Восточной Явы в это время выше обычной для ЮВА тех веков; это тоже не могло не ослаблять империю. В позднем Маджапахите шел распад форм общинного землевладения VIII— XIV вв. Появились одни владения внутри других, отмечена чересполосица общинных и частных земель, а также частных владений разных лиц. Все реже в документах упоминается община, хотя она сохранилась до наших дней, зато все больше упоминаний о мелких частных владельцах. Они подорвали империю снизу, как бхра — разорвали ее сверху, но и создали яванскому обществу тот социальный служилый слой (прийяи), который сделал его наиболее социально и культурно развитым по сравнению с другими обществами Индонезии в дальнейшем.
