Игра под названием «любо» была одной из самых популярных в древнем Китае.
В списках предметов, положенных в погребение ханьского времени из Цзянлина, помимо всего прочего, упоминается набор принадлежностей для игры в любо: «Палочки, фишки, доски, циновка для игры, мешок» [Хубэй цзянлин, 1974, с. 51]. В тон же могиле было найдено 6 палочек длиной 23,7 см, вырезанных из расщепленного бамбука; 12 фишек в виде миниатюрных параллелепипедов со сторонами 2,1×1,4×1,1 см (в том числе 6 белых и 6 черных); доска размером 21,8×21,1 см. Эти же предметы представлены на керамической группе ханьского времени из Линбао: двое мужчин сидят один против другого на топчане; между ними — прямоугольное возвышение, на котором лежат шесть палочек, а рядом с ними установлена доска; с противоположных сторон доски лежат по 6 фишек (нет здесь лишь «мешка», служившего для хранения всех перечисленных принадлежностей) [Линбао чжанвань, 1975. с 80—81]. Ту же сцену игры в любо воспроизводят деревянные статуэтки из Увэя; у одного из партнеров между большим и указательным пальцами зажата фишка, и он вот-вот сделает ход [Увэй моцзуйцзы, 1972, с. 14, табл. 5—3]. Почти полностью аналогично и изображение на ханьском барельефе из Шаньдуна [Хаяси, 1976, табл. 8—/].
Обращает на себя внимание специфическая разметка доски для игры в любо. Точно такое же расположение соединенных под прямым углом линий характерно для одного из типов орнамента на ханьских зеркалах I в. н. э. [Лубо-Лесниченко, 1975, с. 12]. Лао Гань выдвинул недавно гипотезу о том, что разметка доски для игры в любо копирует планировку древнекитайского дворца [Лао Гань, 1964, с. 25—26]. Однако более убедительным представляется прежнее толкование, предложенное С. Кам-манном и связывающее данные комбинации линий с космогоническими представлениями древних китайцев [Лубо-Лес-ниченко, 1975, с. 12].
О том, каковы были правила игры в любо, мы сегодня можем судить лишь приблизительно. В оде «Вызывание души», приписываемой поэту III в. до н. э. Сун Юну, отдельными штрихами рисуется момент игры; комментарий начала и в. н. э., принадлежащий Ван И, содержит разъяснения нескольких терминов, но многое и здесь остается неясным. Более подробно об этом говорится в дошедшем до нас в виде отдельных цитат «Трактате о древней игре любо»: «В любо играют так: двое садятся напротив друг друга лицом к доске. На ней двенадцать „путей», а посередине каждой половины — „река». Пользуются двенадцатью фишками, шесть из которых белые, а другие шесть — черные. Кроме того, в реке ставят две „рыбы»… Оба поочередно бросают наудачу и после этого передвигают фишки. Когда фишка доходит до места, ее ставят вертикально, это называется „выпрыгнувшей фишкой», после этого она может войти в „реку» и „съесть рыбу»… Если она потащит „рыбу» за собой, получает два очка, а если перевернет „рыбу», то три очка» [Чэнь Чжэнь-юй, 1973, с. 39].
Некоторый свет на проблему проливают случайные упоминания в доханьских памятниках о «сове», что, возможно, соответствует «выпрыгнувшей фишке». Так, в «Ханьфэйцзы» говорится о том, что «в любо больше всего ценится сова и для того, чтобы победить, ее обязательно надо убить»; в «Чжаньгоцэ» собеседник говорит вану: «Разве вы не видели, как играющий в любо пользуется совой? Если он захочет съесть, то съест, а захочет взять в руку, так возьмет». Из комментария Ван И ясно, что шесть палочек (на изображении из Линбао на них видны не совпадающие между собой насечки) служили для того, чтобы, бросая их, определить порядок перемещения фишек [Хаяси, 1976, с. 379]. При этом возникали и спорные ситуации. Так, во время игры наследника ханьского престола с сыном правителя области У партнеры разошлись во мнениях о том, как ходить [Такигава, 1955, т. 9, с. 4401].
В III—VI вв. правила игры в любо изменились. «В древности,— писал Янь Чжи-туй,— большое любо имело шесть палочек, малое — две; ныне никто не умеет играть так. Сейчас пользуются одной палочкой и двенадцатью фишками, правила незамысловаты, и они не заслуживают даже того, чтобы их изучать» (цит. по: [Чжоу Гу-чэн, 1955, с. 344]).
