М. Хич предлагает обширный перечень мероприятий, которые государство должно осуществлять долгое время для обеспечения ускоренного развития, выполняя таким образом «опорную» и «завершающую» функции, опираясь на «общественные капиталовложения». Однако в этом вопросе М. Хич призывает «действовать без предвзятости». В то же время он считает, что в тех отраслях промышленности, где частная инициатива «развита в достаточной степени», где «могут быть обеспечены условия конкуренции», в производстве прежде всего потребительских товаров — тканей, спиртных напитков, сахара — государственные предприятия следует «постепенно передавать частной инициативе». Речь не идет о полном свертывании государственного сектора: на фонды, образуемые в результате таких передач, «государство будет осуществлять новые капиталовложения». Имеются в виду инфраструктурные или социальные капиталовложения — здесь должно действовать государство. В высказываниях М. Хича явственно обнаруживается противоречие. С одной стороны, он как будто убежден, что государственный сектор в Турции не имеет ничего общего с социализмом, и что будущее — за частным сектором, «поэтому нет причин беспокоиться о том, что рост общественных капиталовложений может вывести экономику Турции из рамок системы смешанной экономики и подтолкнуть ее к крайнему этатизму и социализму». Более того, как считает   М. Хич, «ориентирование общественных экономических организаций на отрасли, служащие целям социальной эффективности и социальной справедливости, есть поощрение частной инициативы», и, таким образом, в экономике Турции «существует сотрудничество, гармония и взаимодополняемость между   частным и государственным секторами». «В итоге этой стратегии,— пишет М. Хич,— мы можем ожидать, что частные капиталовложения… обеспечат себе по сравнению с общественными все увеличивающееся преобладание». Цель такой реорганизации «смешанной экономики» очевидна — государственно-монополистический капитализм.
С другой стороны, М. Хич на страницах своей книги, обращаясь к тем, кто ответствен за экономическую политику страны, утверждает, что «крайнее» расширение в системе смешанной экономики границ общественных капиталовложений, общественного предпринимательства или национализации, в сущности, будет свидетельствовать о том, что эта система «вышла за свой верхний предел и перешла к социалистической системе». Не нужно забывать, пишет автор, что выполнение требований о национализации промышленности, крупных фирм, внешней торговли и банков приведет к тому, что такая система «приобретет характер социалистической системы, в которой доля частного предпринимательства не намного   выше по сравнению с социалистическими   диктатурами».
Идеи М. Хича о роли государственного, или «общественного», сектора в системе экономической структуры турецкого общества весьма близки к идеям западноевропейских либералов, перекликаются со многими положениями программы Партии справедливости (ПС), распущенной в 1981 г. В программе подчеркивалась «чрезвычайно важная роль государства в экономическом развитии» (ст. 16), а функции государственных предприятий квалифицировались следующим образом: эти организации призваны не конкурировать с частным предпринимательством, а выполнять функцию «помощи и завершения для частной инициативы, если ее одной недостаточно… быть ведущим и направляющим началом в сферах, где необходим риск и такой капитал, который превышает личные возможности»26. Руководители и идеологи ПС периодически с различной долей категоричности заявляли, что будущее «смешанной экономики» Турции им представляется как постепенное преобладание частного сектора. В программе правительства ПС в 1965 г. содержалось следующее: «Мы добьемся того, чтобы государственные экономические организации… работали более продуктивно… Мы обеспечим постепенный переход их (по возможности— в форме холдингов) под контроль и в собственность народа».