Что касается Турции, то на ее территории в тот период действовали 26 американских и натовских станций «стратегической разведки», деятельность которых была призвана компенсировать потерю баз в Иране. Хотя, как и в случае с Грецией, они были поставлены под «национальный контроль», подписанное 29 марта 1980 г. американо-турецкое соглашение в области обороны и экономики фактически предоставляет американцам право на более широкое функционирование объектов. Совершенно очевидно, что иностранное военное присутствие практически лишало малые страны Восточного Средиземноморья суверенных прав в решении кардинальных проблем войны и мира, открывало безграничные возможности вмешательства в их внутренние дела, гальванизировало региональный процесс гонки вооружений.
Членство в НАТО Греции и Турции означало участие в постоянно финансируемой гонке вооружений. По данным, публикуемым ежегодно Стокгольмским международным институтом по исследованию проблем мира, военные расходы этих стран в 1977 г. составили: Турции— 1908 млн. долл., Греции—1211 млн., в 1978 г.— 2286 млн. и 1523 млн. долл. соответственно, что превышало четверть их национальных бюджетов. Более того, по данным западной прессы, в каждой стране существовал секретный фонд в сумме 400 млн. долл., который военные круги сохраняли на случай возникновения чрезвычайных обстоятельств.
Суммарный вклад младших партнеров может показаться не таким уж значительным, если учесть, что общие военные ассигнования НАТО в 1978 г. равнялись 189 073 млн. долл.14. Но на самом деле греко-турецкий взнос был весьма велик, принимая во внимание масштабы и материальные возможности этих стран.
Выступая в 1978 г. в Лондонском институте стратегических исследований, бывший в то время главой турецкого правительства Б. Эджевит говорил: «Многие годы Турция несла слишком тяжелое бремя в интересах НАТО, выделяя пропорционально большую часть своего национального дохода, бюджета и человеческих ресурсов, чем любая другая страна-участница. В результате Турция пренебрегла своим сельским хозяйством и индустриализацией». Внешний Долг страны оценивался в 16—18 млрд. долл. Экономика находилась в длительном застое. В 1978 г. уровень инфляции составлял 75%, а в 1979 г. достигал 100%, 20% самодеятельного населения не имело работы.
В соответствии с решениями руководящих кругов НАТО все члены блока вплоть до 1984 г. обязались ежегодно увеличивать военные расходы не менее чем на 3% с учетом инфляционного процесса. Каких больших жертв требовала гонка вооружений для малых стран, показывает пример Турции. Увеличивавшиеся милитаристские аппетиты руководства НАТО в условиях критического экономического положения страны настолько подточили ее силы, что это заставило правительство отказываться от многих программ, навязываемых атлантическими стратегами. В частности, экономические трудности Турции задерживали реализацию программы АВАКС (воздушная система предупреждения и контроля). Анкара заявила, что она в состоянии внести всего 32,3 млн. западногерманских марок, первоначально выделенных на эту программу, но не произведет дополнительного взноса для учета инфляции, который составил бы 21 млн. марок.