Процесс феодализации в Китае протекал в условиях сосуществования и известного противоборства двух форм феодальной земельной собственности: частной и государственной. Первая была представлена так называемыми сильными домами — крупными хозяйственными и социальными объединениями, опиравшимися на подневольный труд личнозависимого населения.
Исторически они были продуктом развития производительных сил в эпоху Хань, роста имущественного неравенства внутри общин и разложения традиционных форм общинной организации. Ядро сильного дома составлял цзунцзу —- клан его предводителя, к которому зависимые люди относились как бинькэ — гости. Соответственно в литературе рассматриваемого периода сильные дома описывались обычно как объединения цзунцзу и бинькэ. Экономически сильные дома являлись замкнутыми, самообеспечивающимися хозяйствами, и современники отзывались о них стереотипной формулой: «Так богат, что может закрыть ворота и открыть рынок».
К III в. сильные дома были отнюдь не новостью в китайской истории, но гибель Хань изменила их облик. Они не только выросли численно и обзавелись собственным семейным войском, но и взяли на себя организующую роль в обществе. Примером может служить деятельность Тянь Чоу, одного из сподвижников Цао Цао. Тянь Чоу увел свой клан в горы, где завел хозяйство и за несколько лет собрал более 5 тыс. семей. Собрав старейшин примкнувших к нему кланов, Тянь Чоу «учредил клятвенный союз и законы об убийствах, грабежах и ссорах. За тяжкие преступления полагалась смертная казнь, менее тяжелых [преступлений] насчитывалось более двадцати. Он также ввел правила брачного этикета, учредил школу» [Эршиу ши, т. 2, с. 0951]. Нечто подобное мы встречаем и в жизнеописании Юй Гуня, жившего столетие спустя, в годы гибели Цзиньской империи. Когда началась смута, Юй Гунь увел «свой клан и фамилии простонародья» в горы, где организовал поселение, был провозглашен предводителем и взял с подчиненных клятву: «не дерзить и не лукавить, не чинить беспорядков, не притеснять соседей, не грабить домов, не ломать и не рвать посаженного другими; не замышлять недоброе, отринув добродетель; не преступать закон, нарушая долг; всеми силами крепить единство, заботясь друг о друге, превозмогать трудности». Благодаря мудрому руководству Юй Гуня, говорится далее, «в деревнях выдвигали своих старших, в общинах, выдвигали своих достойных» [Эршиу ши, т. 2, с. 1310].
Мы привели два по случайности относительно подробных свидетельства оформления новой социальной общности, где старые органы деревенского самоуправления заслонила фигура могущественного диктатора округи — обычно он именовался «глава деревенского укрепления» или «деревенский вождь». Отношения в таких «клятвенных союзах» строились на беспрекословном подчинении его членов своему вожаку и приравнивались к отношениям правителя и подданного, господина и слуги. Считалось, что глава союза оказывает своим людям милость, тогда как его подчиненные, называемые иногда частными приспешниками, а чаще просто толпой, множеством, лично обязаны своему патрону.
