По-разному воздействуют на этническое самосознание государственно-политические границы, так или иначе соотнесенные с территорией расселения этноса. В одних случаях, когда политические границы совпадают с этническими, они выступают в качестве мощного этностабилизирующего фактора. Впрочем, такого рода совпадения были в эпоху древности и средневековья, пожалуй, скорее исключением, нежели правилом. Тем не менее изучение, в частности, истории развития древнекитайского этноса показывает, что при несовпадении политических и этнических границ в то же время обнаруживается тенденция к их совмещению (древние китайцы в эпоху Цинь — Хань).

Рассматривая выше динамику численности населения Китая на стыке древности и раннего средневековья, мы уже упоминали о сформулированном Л. Н. Гумилевым тезисе о решающем значении гипотетических спадов демографической кривой для судьбы древнекитайского этноса. Указывая на то, что к 606 г. численность населения Китая поднялась до уровня I в. н. э. (46 млн. человек), этот исследователь задает вопрос: «Однако имеем ли мы право, следуя традиции, считать эту новую популяцию продолжением старой, ханьской?» И отвечает: «Для этого нет никаких оснований, кроме средневековой историографии, которая, мягко говоря, устарела.