Бурный подъем переживало и литературное творчество, именно в III—IV вв. утвердившее себя как самостоятельная область духовной жизни. Появились специальные трактаты, посвященные теории изящной словесности, ее жанрам и истории,— «Рассуждение об изящном слове» Цао Пи, «Ода изящному слову» Лу Цзи (300 г.), а в период правления династии Лян — литературно-критические эссе Шэнь Юэ, разработавшего законы музыкального рисунка стиха, трактаты «Резной дракон литературной мысли» Лю Се, «Категории стихов» Чжун Жуна, классическая антология «Литературный изборник» Сяо Туна.
Открытие специфики предмета и законов изящной словесности было самым тесным образом связано с новым подходом к человеку, с признанием в нем индивидуального таланта. Подобно тому как одну и ту же мелодию всякий музыкант исполнит по-разному, замечал уже Цао Пи, так и поэт должен творить, повинуясь своему прирожденному, ему одному свойственному душевному складу и темпераменту. Оригинальность и красота слога всегда были важнейшими требованиями, предъявляемыми к произведению изящной словесности,— именно этими критериями руководствовался, например, Сяо Тун при составлении «Литературного изборника». Не случайно также методы литературной критики весьма напоминали практику сравнительных характеристик, «определения категорий» людей. Стили разных авторов, отдельные произведения постоянно сопоставлялись между собой, и для каждого подыскивалась красочная формула, поскольку особенности писательской манеры как раз и считались наилучшим выражением человеческой индивидуальности. Одновременно культ риторики и остроумия в аристократической культуре немало способствовал росту интереса к литературной технике, поискам новых выразительных средств, осознанию художественных потенций слова. Отметим, что с IV в в аристократических салонах чуть ли не поголовно увлекались сочинением экспромтом стихов и эпиграмм по заданным правилам.
Конечно, расцвет такого рода литературы был бы невозможен, если бы за ним не стояли факторы глубоко личного порядка. Бегство от политики неизбежно влекло за собой обращение к миру чувств, противопоставлению своей единственной и неповторимой жизни безликой стадности «пошлого света». Само понятие духовной «несвязанности» довольно скоро оказалось неразрывно связанным с представлением о литературном творчестве, а эстетический и сентиментальный склад ума стал отличительным признаком «славного мужа». В творчестве великих мастеров лирики рассматриваемого периода — Цао Чжи, Жуань Цзи, Тао Юань-мина, Се Лин-юня, Бао Чжао, Юй Синя и других — поэзия обрела весомость исповеди, стала средством разрешения самых насущных вопросов человеческого бытия.
