Путь к бессмертию включал два аспекта: «питание духа» и «питание тела». Важнейшим условием первого было добродетельное поведение, строгое соблюдение моральных заповедей, предписывавших заботу о ближних и осуждавших всякого рода невоздержанность и стяжательство. По утверждению Гэ Хуна, для того чтобы стать бессмертным низшего порядка, нужно совершить не менее трехсот добрых дел, тогда как для превращения в небесного бессмертного — тысячу двести, причем достаточно одного проступка, чтобы свести на нет все усилия. В дальнейшем даосы разработали классификацию добрых и плохих t дел до мелочей. Не без влияния буддизма сложилась концепция «передачи бремени», согласно которой добрые и дурные дела передаются по наследству потомкам.
Однако главной целью «питания духа» была именно забота о многочисленных духах, населявших, по представлению даосов, человеческое тело. Считалось, что посредством мысленного сосредоточения и медитации адепт даосизма после соответствующей тренировки мог воочию видеть духов своего тела и даже беседовать с ними. Главная роль отводилась духам трех основных частей тела (голова и руки, грудь, живот и ноги). Даосы III—IV вв. уделяли теме общения с духами большое внимание; с V в. интерес к ней заметно упал [Maspero, 1971, с. 351].
Если «питание духа» как бы завершало долгий путь к блаженству вечной жизни, то начинался он с «питания тела» — комплекса физико-физиологических способов обретения бессмертия, которому на практике даосы придавали даже большее значение.
Тому, кто посвящал себя поискам вечной жизни, предстояло выдержать строжайшую диету. Он должен был отказаться от мяса, вина и зерновой пищи, с тем чтобы уморить вредоносных духов, и питаться различными препаратами из орехов, сушеных фруктов, корицы, сосновой смолы, многолетних трав и т. д. Переход к минеральным снадобьям считался следующим шагом на пути к бессмертию. Даосы разработали сотни рецептов таких снадобий, где фигурировали самые различные компоненты— от золота, яшмы и жемчуга до квасцов, купороса и марганца; здесь уже начиналась область даосской алхимии, переживавшей свой расцвет как раз в III—VI вв. Наиболее чудодейственные свойства традиционно приписывались даосами киновари, способной даровать человеку бессмертие «летающего небожителя»; остальные снадобья могли только продлевать жизнь или излечивать от болезней и предохранять от ядов.
