В первой четверти XIV в. внешнеполитическая ситуация, по-видимому, не очень благоприятствовала Маджапахиту. Это определялось рядом причин. С конца XIII в. на северо-западных рубежах малайско-индонезийских владений появилась новая мощная угроза: тайские королевства, и прежде всего наиболее сильное из них — Сукотаи. При короле Рама Камхенге (1275—1317) таи сокрушили монские княжества в долине реки Менам и нанесли ряд поражений кхмерскому Анткорскому государству; уже в 80-х гг. XIII в. они приступили к захватам на Малаккском полуострове, где были старые малайские портовые города; они установили протекторат над Южной Бирмой и пытались овладеть Тямпой. К 90-м гг. столетия тайская держава подчинила не только многие монкхмерские территории, но и значительную часть бывших владений Шривиджаи на Малаккском полуострове. Рама Камхенг вел умелую дипломатическую игру с монгольской династией Юаней в Китае. Важнейшим направлением его экспансии было южное, в сторону внешнеторговых форпостов в зоне Малаккского пролива. Не только малайские полуостровные территории, но и восточносуматранская область-Мелаю стали объектами экспансии Сукотаи. Ни окончательно ослабевшая Шривиджая, ни яванское государство, которое еще недавно держало в Мелаю свои войска, но теперь было приковано к своим внутренним делам, не могли тогда эффективно бороться с этим противником.
После смерти Рама Камхенга в 1318 г. и ослабления Сукотаи се-веромалаккские прибрежные княжества восстановили свою независимость, а на крайнем юге Малайи усилился молодой торговый центр, княжество Тумасик (Сингапур), основанное в 1299 г. Практически до 30—40-х гг. XIV столетия (до походов, организованных Гаджа Мадой) Маджапахит не мог реально претендовать на овладение малайскими областями Западной Нусантары. Но в этот сравнительно короткий период наблюдается не только оживление самостоятельной политики ин-дуистско-буддийских государственных образований, временно освободившихся от давления с севера (Сиам) и с юго-востока (Маджапахит), но и появление совершенно нового политико-идеологического фактора в лице первых исламизированных режимов.
