Область распространения современного северокитайского диалекта в узком смысле этого термина охватывает ту же северную часть провинции Хэбэй, а также Шаньси, Шэньси, Нин-ся, что и область расселения сюнну в эпоху Хань и в III— VI вв. Весьма вероятно, что границы этой лингвистической области датируются началом новой эры и что язык сюнну был тем лингвистическим суперстратом, на основе которого сформировался далекий предшественник современного северного диалекта.
Именно в Северном Китае возникло значительное количество нововведений в китайском языке, которые в дальнейшем распространились на юг вместе с массами китайских переселенцев. Одной из отличительных особенностей китайского языка
Ill—VI вв. было употребление личного местоимения ци (115) «он». В современных северокитайских диалектах это местоимение уже не употребляется, но его можно встретить в диалектах Южного Китая [Юань Цзя-хуа, 1965, с. 45, табл. 20]. Северной границей современного распространения местоимения ци является Янцзы. А это означает, что население, которое пользовалось этим местоимением на Среднекитайской равнине, переместилось в Цзяннань. Соответственно вакуум, образовавшийся в результате этого на Среднекитайской равнине, был заполнен населением, которое пользовалось местоимением третьего лица «та» (116). Это население могло прибыть только из северных районов Китая.
Исследование диалектов периода династии Хань показало, что одной из характерных черт разговорного языка южной и восточной частей Великой равнины было отсутствие -п в рифмах класса хань [Ло Чан-пэй, Чжоу Цзу-мо, 1958, с. 74]. Исследование языка «Хуайнаньцзы» показало, что в диалекте, на котором написан этот памятник, не различаются конечные носовые заднеязычные и переднеязычные сонанты -п и -ng в классах юань и дун [Ло Чан-пэй, Чжоу Цзу-мо, 1958, с. 30]. Сравнение с современными лингвистическими границами показывает, что эта особенность по-прежнему характерна для современных диалектов южнее Хуанхэ, однако граница отсутствия конечного -п сместилась далеко на юг и теперь проходит южнее Янцзы.
Миграции древнекитайского населения на юг в значительных масштабах начались еще в эпоху Хань. Но как явствует из материалов словаря «Фанъянь», приморская территория между Шаньдуном и дельтой Янцзы, а также междуречье Цзян — Хуай не имели тогда значительного китайского населения и были населены частично ассимилированными потомками восточных и, которые составили этнический субстрат китайского населения этого района. Соответственно язык этого народа стал лингвистическим субстратом этих диалектов. В результате изолированного развития в условиях различного этнического окружения и активных лингвистических контактов произошло формирование новых диалектов китайского языка и наметилась их новая структура. На смену древней структуре диалектов, характерной для эпохи Чжоу и Хань, которая сложилась на основе древнейшего расселения китайских племен в начале 1 тысячелетия до н. э., пришла новая структура, основанная на демографических процессах последних столетий. В ее основе лежало четкое противопоставление северных диалектов южным.
Об этом противопоставлении свидетельствовал известный филолог того времени Янь Чжи-туй. Он писал, что в целом речь образованного китайца-южанина правильнее, чем речь образованного китайца-северянина. Однако речь простолюдина-северянина правильнее речи простолюдина-южанина. Он прямо указывал на следы активных лингвистических контактов с племенами Центральной Азии и Южного Китая: речь жителей Южного Китая была окрашена словами из языков у и юэ, а к речи жителей Северного Китая были примешаны слова из языков северных кочевых племен, осевших в Китае [Yen Chih-t ui, 1968, с. 189; см. также: Чжоу Цзу-мо, 1957, с. 79].
