На аравийской стороне Персидского залива бытует такая легенда: «Не только земля, но и море ждет дождя. И когда первые его капли со звоном ударяются о поверхность, из синих глубин поднимаются жемчужные раковины. Они раскрывают створки, заглатывают всего одну каплю пресной воды и медленно опускаются на дно. Там, в темноте и покое, эта капля превращается в ни с чем несравнимый перл…»
О бахрейнском черном жемчуге или «рыбьем глазе» издавна складывались легенды, о нем знали еще древние греки, римляне. Совершая набеги на беззащитных ловцов, пираты всех мастей увозили в кованных медью сундуках десятки килограммов драгоценного жемчуга. Бахрейнские жемчужины украшали короны многих монархов.
Английские колонизаторы знали цену бахрейнскому жемчугу, и уже в договоре 1847 года они выторговали для себя ряд льгот в отношении эксплуатации жемчужных банок Бахрейна. Позже, в 1856, 1869 и 1890 годах, англичане в той или иной форме документально подтверждали свои, по существу неограниченные, права на жемчужные отмели. Тогда бахрейнский жемчуг называли «бомбейским», поскольку большую его часть сбывали в этом крупном городе Индии, которая в то время тоже находилась под властью Англии.
Добыча жемчуга на Бахрейне достигла своей кульминации к началу 30-х годов. Однако всеобщий экономический кризис, охвативший капиталистический мир, губительным образом сказался на дальнейшем развитии этого промысла. Но самый страшный и неожиданный удар был нанесен с востока: в Японии начали выращивать искусственный жемчуг.
Сейчас на Бахрейне еще можно увидеть потомственных ловцов жемчуга. С июня по октябрь, когда температура воды в заливе позволяет ныряльщикам подолгу оставаться в воде, они выходят в известные только им места собирать со дна моллюски жемчужниц.
В крошечной лавчонке на одной из улиц Манамы торговец показывал мне коллекцию раковин с приросшими к створкам, «забракованными» жемчужинами. Одна из них, неровной формы, была величиной с перепелиное яйцо. Этот экспонат вполне мог бы украсить стенд любого музея морских диковин.
— Было время, когда я сам ходил на лов жемчуга, — сказал хозяин. — Тогда мы неплохо зарабатывали. Хотя и платили собственным здоровьем. Теперь все изменилось. Что я имею в виду? — Он неслышно удалился в заднюю комнату, словно за кулисы передвижного балаганчика, и принес оттуда целую страницу из газеты «Файнэншл таймс». — Полюбопытствуйте! — Мой собеседник ткнул пальцем в сыпь нонпарельных букв. Я прочитал: «Японцы, подумывающие о расширении производства искусственного жемчуга, заинтересовались теплыми неглубокими водами вокруг Бахрейна. По словам одного из членов японской экономической делегации, посетившей Бахрейн, Япония подыскивает новые места для искусственного выращивания жемчуга, так как ее собственные воды сильно загрязнены».
И все же Бахрейн и теперь остается одним из видных мировых центров добычи жемчуга. Труд ловца — тяжелый труд. Методы лова не изменились с самых давних времен. Жизни ловца постоянно угрожают хищные рыбы или тропические медузы. От случайного прикосновения к ее щупальцам человек получает ожог, который может вызвать шоковое состояние и смерть.