Период с середины IX по начало XI в. является временем наивысшего подъема суматранско-малайской державы. Об этом можно судить главным образом по сообщениям внешних источников. С VIII в. усиливается роль арабо-мусульманских торговцев в Южных морях, и наряду с китайскими хрониками Западная Нусантара попадает в поле зрения арабских географов и путешественников. Именно у них мы узнаем по ярким описаниям достопримечательностей «страны Забадж» Шривид-жаю- эпохи расцвета, с ее богатыми портами, разнообразной торговлей, запасами товаров и дворцовыми сокровищами, обширными торговыми и культурными связями. Из сочинений 40-х — 50-х годов IX в. следует особо выделить «Сообщения о Китае и Индии» неизвестного автора, «Книгу путей и стран» выдающегося географа Ибн Хордадбеха, составленную ок. 846 г. с использованием античных данных (по Птолемею), из сочинений начала X в. — писания Абу Зайда Хасана, основанные на материалах IX в., и наконец, из авторов середины X в. необходимо назвать Масуди, звезду первой величины в средневековой арабской географической науке, а также книгу «Чудеса Индии».
На основе арабских свидетельств можно сформулировать весьма существенные аспекты жизни и обычаев Шривиджаи в середине — второй половине IX в. (Ибн Хордадбех, Абу Зайд) и к середине X в. (Масуди, Абу Дулаф).
Арабские авторы отмечают ведущее положение суматранско-малайской империи среди государств Западной Нусантары, ее значительное место в регионе в целом. Шривиджая, пользуясь своей военно-морской силой и обширными подконтрольными территориями, диктовала свою волю не только островным, но и континентальным государствам региона. Не случайно появление в передаче Абу Зайда рассказа некоего Сулеймана о том, как махараджа Шривиджаи наказал короля Ченлы Воды (кхмерского государства) в конце VIII в. Этот король (по всей вероятности, это был Махипативарман) отважился пожелать, чтобы ему принесли голову махараджи «Забаджа», в ответ на это махараджа послал в Ченлу свой флот, пленил легкомысленного короля, обезглавил его и его набальзамированную голову отправил в специальной урне преемнику казненного (вероятно, это был Джаяварман II).
