Система начатых преобразований была явно трудноосуществимой без достаточного развития товарно-денежных отношений на Яве. Действительно, этот процесс шел. Нередко земледелец предпочитал выплату денежного оброка натуральному: ведь продукт еще приходилось по бездорожью доставлять на склады, часто отдаленные. Китайские торговцы и ростовщики стимулировали продажу крестьянам риса, который сбывали, например, горожанам, горнякам и т. п. Они выдавали крестьянам денежные ссуды, кредитовали претендентов на чиновничьи должности и места деревенских старост денежными средствами для подношения неизбежных «подарков» бупати и другим сановникам. И все же степень развития товарно-денежных отношений все еще оставалась далеко не достаточной для введения фермерского хозяйства капиталистического типа, запрограммированного комиссарами.
Итак, Капеллен продолжал курс на превращение многочисленных яванских прияи в чиновников на жалованье. Жалованье было заметно повышено. В 1820 г. специальным указом была резко ограничена численность свиты аристократов. Теперь она не превышала 10%’ от той, что бытовала в последние годы ОИК (от 700 до 100 человек в зависимости от ранга). При этом (в отличие от Раффлза) комиссары лишили эту феодальную бюрократическую прослойку шедшего в ее карманы ренты-налога с так называемых «должностных участков» (лунггухов); запретили ей всякую торговлю, вообще предпринимательскую и фискальную деятельность. Отрыв прияи от земли рассматривался ими как утрата социального статуса и неслыханное унижение; он всемерно саботировался. В результате «должностные участки» и доходы с них сохранились в скрытом виде в дополнение к повышенному жалованью.
