Вожди и ораторы, скрестив ноги, расселись на матах по всему овалу церемониального фале, опершись для удобства голыми бронзовыми спинами о столбы. Им предстояло провести здесь не один час. Возле центрального опорного столба место заняли главный вождь деревни и его оратор. У вождя в руках опахало из тончайших волокон кокосовой пальмы. Это не только своеобразный веер, но и символ верховной власти. Грудь всех вождей украшают гирлянды из цветов пандануса. Вождь просит пригласить таупоу — самую красивую девушку селения — для приготовления кавы и принести все для этого необходимое. Его приказание исполняется молниеносно. В центре фале устанавливается округлая деревянная чаша на ножках, калабаши, наполненные чистой горной водой, и пучки отмытой добела кокосовой койры, напоминающей мочалку. Оратор Фаамуа Ore. обращаясь к таупоу, передаст ей несколько корешков перечного растения и просит приступить к приготовлению напитка. Девушка делает легкий поклон и откусывает кусочек корня землистого цвета. Ее острые белые зубы быстро измельчают весь корень. Каждые две-три минуты она наклоняется над чашей, выплевывает в нее сероватую кашицу и подливает воду. Вожди с вожделением на лицах наблюдают за каждым движением девушки. Взболтав содержимое чаши, она опускает в нее койровую мочалку, собирает со дна размельченный корень и отжимает его, как это обычно делают женщины с выстиранным бельем. Грязноватые струйки стекают обратно в чашу. Эта операция повторяется до тех пор, пока корень не отдаст воде все алколоиды. Жмых выбрасывается на циновку. И вот кава готова. Кавачерпий по сигналу оратора предлагает первый бокал (скорлупу кокосового ореха) вождю.
Синива Тууау, приняв бокал и выплеснув из него несколько капель (дань богу Пагану), высоким голосом нараспев произнес «Мануйа!» (будем здоровы) и опрокинул все содержимое в широко раскрытый рот. Кавачерпий (он тоже в ранге вождя) последовал его примеру. Потом бокалы пошли по кругу. Кавачерпий уже не успевал обслуживать всех вождей. Они помогали ему сами, попеременно запуская в чашу собственные бокалы. .Минут через 15 показалось деревянное дно чаши, которую надо было снова заполнить очередной порцией кавы.
Я оставался в деревне до начала вечерней молитвы. Вожди заметно повеселели. Напыщенные речи ораторов потеряли стройность, логическую последовательность. Но никто не старался перекричать или обидеть соседа.Мне только показалось, что сам повод церемонии избрание нового вождя — был уже позабыт. Верхушка деревенской власти веселилась в свое удовольствие, а жизнь за пределами церемониального фале шла своим чередом. Мальчишки собирали кокосовые орехи, легко
взбираясь по голым высоченным стволам пальм к самой вершине; женщины стирали в ручье белье; парни окучивали мотыгами молодые побеги в банановой рощице.
Вожди наблюдали за будничной суетой односельчан сквозь пелену легкого дурмана и не спешили оторваться от своего занятия.
Конечно, на матаи лежат некоторые обязанности, например представлять деревню в совете вождей района, следить за порядком в деревне, блюсти нравственность, соблюдать церковные обряды, наказывать провинившихся (взыскания носят характер отработки в поле или штрафа — одна свинья, две свиньи, десять или полсотни клубней таро, в зависимости от меры проступка).
