Миграции древнекитайского населения в IV—V вв. отнюдь не были целенаправленными мероприятиями правительства — они осуществлялись стихийно. Ход переселений, направление движения беженцев и их численность не фиксировались и поэтому не нашли систематического отражения в официальных исторических документах. К счастью, помимо отдельных упоминаний в биографиях деятелей той эпохи современный исследователь располагает некоторыми косвенными данными, позволяющими в общих чертах восстановить картину миграций. Речь идет о том, что на Юге начиная с 320 г. создаются специальные административно-территориальные единицы, предназначенные для расселения беженцев — выходцев из определенных районов Севера. Расположение «переселенческих» округов и уездов, а также численность их населения позволяют установить, откуда были родом вновь прибывшие и сколько их было.
Обобщение этого материала показывает, что в момент воцарения династии Восточная Цзинь ее территория охватывала лишь 6,5 из 21 области, существовавшей в Западноцзиньской империи. Среди беженцев с Севера, обосновавшихся на Юге, были выходцы из всех северных областей, за исключением Пин-чжоу. «Переселенческие» уезды были образованы на территории всех южных областей, за исключением Нинчжоу, Цзяочжоу и Туанчжоу [Тань Ци-жан, 1934, с. 51—52].
